Дигория-Суган. Поход 2 к.с. — Путь хромающего летописца

Акклиматизация
Первая ночь оказалась короткой – часа в три мы с Виталиком по очереди выползли из палатки полюбоваться на звёзды. Причём я выползла в чём была – есть в футболке, штанах и босиком. Посчитала надевание горных ботинок долгим процессом, да и трава возле палатки мягкая, ноги не поранит. Вылезать вот так вот ночью полезно. В моём случае в двойне или даже тройне: свежий прохладный воздух, ночная роса, над головой рассыпаны миллиарды звёзд размером от монетки о мужского кулака. Где и когда на такое ещё можно полюбоваться? Уж точно не в Москве, она на два километра ниже находится. А что б уж наверняка вылезти, надо перед сном выпить несколько кружек чая или съесть несколько кусков арбуза.
Полюбовалась я на звёзды, и обратно в палатку, через Виталика к своему спальнику. Попыталась застегнуть молнию на палатке, но сосед остановил – сам решил полюбоваться на звёзды вблизи.
Забираться в спальник после ночной росы и прохлады очень и очень приятно, потому что он тёплый.
В 4:30 зазвенел будильник на часах Виталика. Приятель очнулся, отключил его и выполз на улицу ставить воду для кипячения. Меня ещё вчера вечером обещали поднять, когда подойдёт время. Поэтому я решила лежать до побудки. Добрый Виталик решил, что вставать мне надо со всеми, и поэтому будить начал в пять часов. Весь лагерь. Пока закипала вода, мы постарались собрать вещи, хотя бы вынести их из палатки. Но перед этим требовалось согреться. Пока солнце не взошло – холодно. Кто занялся зарядкой, кто пробежкой, кто активными движениями. Со стороны, откуда мы пришли, всё ещё виднелись полумесяц и звезда. А потом начало всходить солнце, осветив горы впереди красным светом. Мы позавтракали, глядя как горы из красных становятся желто-зелёными, и продолжили сборы. В дорогу каждый набрал с собой воды, примерно по пол-литра, но некоторые медики тайно взяли больше.
Карманный перекус мы поделили за два дня одновременно – вчерашний и сегодняшний, постарались поделить его максимально одинаково для всех. Липкие сухофрукты Наташа предложила упаковать в зип-пакетики, а то, что не липнет в мешочек, который медик специально сшила к походу. Кто последовал её совету, кто сложил только в зип-пакет, кто только в мешочек – как больше нравится.
Мы собрались и около семи утра вышли в путь по долине реки Билягидон. Сначала путь лежал среди мммм… пригорков – вверх-вниз по дороге. Хотя мой организм был в шоке, настойчиво твердил, что хочет другой темп, отдых и избавиться от груза за плечами. На первом привале на солнышке я его от части груза избавила, взяв в руки ледоруб. Минус девятьсот грамм за спиной, плюс столько же в руках. По настоянию медика мы намазались кремом от солнечных лучей, постаравшись не пропустить ни кусочка открытого участка кожи.
Первые метры и сажени наверх давались с трудом, я старалась идти одной из первых, зная, что если отстану, то отстану сильно, очень сильно, потому что позади никого не будет, не будет ради кого идти вперёд, чтобы не задерживать человека. Дурное свойство психики, но какое есть. Голова, впрочем, моей идеи не поддерживала и выражала протест тем, что кружилась, лёгкие её поддерживали усилением одышки. В голове крутилась мысль – «немного пройдём и мини-передышка, ещё немного и тропа пойдёт немного вниз. Броды воспринимались небольшой передышкой – пока все перейдём, есть время отдышаться. Хотя идти по мокрым камням было боязно – а вдруг ботинок не удержится и начнёт скользить. Но нет, ноги уверенно вставали на валун, не скользили. Руки опирались на ледоруб или любезно протянутую мужскую ладонь, и я перешагивала на следующий камень.
Вот тропа уменьшилась до размера турьей… или лошадиной. Шесть красавцев бежали впереди нас – пять взрослых и один жеребёнок. Покрасовались, так и не дав мне их запечатлеть, и исчезли за валунами.
Оглянувшись назад на привале, мы заметили вершину Уазахох – величественную сказочную горную цитадель. Туристы очень любят называть её хранительницей аланов, внешне она так и похожа на крепость, за чьими стенами осетины могли прятаться в течение долго времени.
Долина поднималась и даже слегка закруглялась впереди. Юра поинтересовался моим самочувствием и разрешил идти в своём темпе. Это может и хорошо, только вот организм приемлемым темпом считал неторопливый. Настолько неторопливый, что я отстала от остальных минут на десять… Сначала. Потом руководитель забрал у меня автоклав с едой, самую тяжёлую вещь в рюкзаке. Идти легче не стало. Позднее не выдержали Антон и Саша, один взял кошки, другой мешок с одеждой. Ещё они вместе с Наташкой поспорили на тему укладки рюкзака. Переложили его, ковриком к внешнему боку. Успокоились. Но нести его стало как-то неудобно – не ложился на спину.
К этому моменту долина закончилась полукругом. Впереди виднелись водопады, за ними и вообще кругом пики, намёки перевалов и много-много серых осыпей. По невидимой тропе мы начали восхождение на правую по ходу нашего движения стенку долины. Теперь дорога состояла из камней скрытых травой и полуживой осыпи. Недалеко от одного из водопадов мы остановились на привал. Даша и Антон по очереди сбегали набрать воду в бутылочки. Пока ждали Антона, Даша что-то решила достать из рюкзака. Сначала она его не смогла правильно определить, а потом забыла, про вытащенную верёвку, так что у нас чуть не случилась потеря снаряжения. Вместе с горняжкой.
Выше этого привала пришлось спускаться в кулуар, чтобы перейти на другую сторону потока. Даша непривычного спуска немного испугалась, руководителю пришлось её уговариваться спуститься и заодно руководить процессом спуска. Мы с Наташей там спустились нормально, а потом быстренько поднялись на другую сторону кулуара и начали подъём по камням, стараясь не спускать их на позади идущих людей. Но всё же камни из-под ног иногда вылетали. Провожали их криком «Камень». Да, много камней на один абзац.
На очередном привале Саша прилёг рядом с рюкзаком и перестал реагировать на окружающую обстановку. Когда настало время идти дальше, он очнулся и попросил ещё немного отдыха. Юра ему разрешил в виду того, что Санька шёл быстро и мог легко нас нагнать. После этого Саша последним или предпоследним добирался до привала, ложился рядом с рюкзаком спать… И подвергался нашей с Наташей атаке – мы пытались его напоить, чтобы вернуть парню силы. Сначала приятель ни в какую не желал лишать нас воды, но потом сдался и выпил обе бутылочки. А мы как раз добрались до месте, где по описаниям должны находится ночёвки с водой. Но ни воды, ни ночёвок не наблюдалось. Даша с Наташей подходя к месту даже попытались добыть воду из-под камней, но Юра им запретил, заметив, что трупы откапывать не будет, а просто завалит камнями.
Саша вернулся в положение «спящий у рюкзака». Группа решила двигаться дальше. Мне Юра сказал остаться рядом с Наташей, Дашей и Сашей, и двигаться начать, когда они отдохнут. Связь мы решили держать посредством рации.
Народ пошёл наверх туда, где маячил намёк на пологую площадку. Пошли прямо и по камням. Только Антон решил отойти в сторону… И нашёл ручей. Не глубокий, но достаточный, чтобы наполнить пол-литровую бутылочку. От его крика, женская часть оставшихся резко ожила и подбежала к источнику пополнять запасы. Ожил и Саша. Медленно подошёл, чтобы наполнить чёрную флягу. А потом мы аккуратно вернулись назад и сели отдыхать.
Наши скрылись наверху и сообщили о следующем привале, и кажется о разведке – рация барахлила, и не все слова можно было разобрать. Мы отдохнули и двинулись дальше. Теперь легче всего шлось мне. Саша и Наташа отстали где-то позади. Недалеко от выполаживания сделали мини-привальчик. Наташа достала из аптечки регидрон, чтобы Саше не так сильно хотелось пить. После растворения порошка, снаряженец же обнаружил в фляге какого-то небольшого червяка. Он плавал на поверхности и издевался. Вместе с Наташей они начали пытаться его выловить. Червяк долго сопротивлялся и ускользал, а потом сдался и вылез из фляги какой-то маленькой веточкой.
Добрались до места остановки наших. Юра спросил нужен ли отдых. Наташа и Даша отказались. Мы с Сашей остались сидеть. Руководитель махнул рукой налево, сообщив, что через пятьдесят метров будет стоянка, куда и направилась вся группа. Мы же остались отдыхать. Я проследила за уходящей Наташей – сначала она шла прямо, потом спустилась, поднялась, повернула немного вправо и исчезла. Это были явно не пятьдесят метров… И не сто…
Пока отдыхали огляделись вокруг. На другой стороне долины нашли пик, походил на башню-крепость. Я его сразу же окрестила Барад-Дуром. Сашка возразил, заметив, что на Минас-Моргул он больше похож. Я немного поспорила, потом махнула рукой. В конце-концов, Саурону я другое убежище подыщу.
Отдохнули и попрыгали дальше по валунам к месту ночёвки. Виталик там уже поставил готовится воду, остальные занялись палатками. Я немного отдохнула и занялась делёжкой обеда – порезала сыр, разложила сухари, засыпала суп в кипящую воду. Саша помог поделить тульские пряники.
Пока готовили поздний обед (начали в пять, закончили к шести), несколько раз подбегал туман, а потом куда-то скрывался. За обедом добрые Наташа с Дашей отказались от своих пряников, так что мне и Юре резко досталась вторая порция.
Рита после обеда решила принять душ, а Надя помыть голову. По этому поводу Наташа захватила автоклав, помыла его и наполнила водой. Смотреть как Рита принимает душ сбежалась большая часть лагеря, некоторые даже в фотоаппаратами. Я наблюдала за этим, запасшись сухарями и тёплой флиской – солнце спряталось, от ветра стало прохладно. Второй день, уже душ. Хех. Главное, ПАВ в реку не сливают и хорошо. По поводу туристических идеалов… Ну мои идеалы воспитаны в восьмидесятых годах и двадцать лет личного роста и развития их как-то не поменяли.
Вытягивание спичек постановило, что следом за нами дежурят Юра и Даша. Поэтому мы с Сашей, Наташей и Антоном спокойно отправились наверх, посмотреть перевальный цирк, намереваясь спуститься как раз к ужину. Подъём наверх вначале оказался резким, а потом стал положе. Но идти пришлось по полуживой осыпи. Саша и Антон бежали впереди, мы с Наташей несколько отставали. Иногда снимали виды впереди и позади. Как-то оглянувшись, я увидела на другом склоне морду своей собаки. Не просто контур, а рыжую морду, с горящими глазами, ушами с чёрными кисточками. Хлопнула глазами – глюк исчез, но собачий контур на другом склоне остался. А потом снизу начало наползать облако. Юра забеспокоился и приказал нам возвращаться. Ответила ему, что уже идём. Угум… Саша и Антон, попросившие меня так сказать сразу взбежали на следующую полочку, чтобы посмотреть на перевал Столетия, который нам предстояло штурмовать завтра.
Облако тем временем прибывало. Юра по рации больше беспокоился. Вот мы повернули и пошли назад. Туман прошёл над нами в метрах трёх выше и перекрыл связь. Спускались четыре ёжика в тумане, аккуратно и включив фонарики. Периодически мы с Наташей натыкались на живые камни, и Саша нас как-то слишком профессионально ловил. Я предположила, что если мы обе полетим, наш джентльмен нас поймает. Наташа в этот момент в очередной раз споткнулась, Саша её поймал и попросил не проверять его способности.
Когда мы спустились к лагерю, облако совсем ушло, но похолодало. Так что я быстренько утеплилась в флиску и куртку. По дороге наверх я их сняла.
Закат прошёл быстро, мы попрятались по палаткам.
Ночью опять с Виталиком по очереди вылезали из палатки полюбоваться звёздами. На этот раз я вылезла на пару с фотоаппаратом. Сначала на высоте 3200 меня начало резко штормить. Обычное дело, в общем-то, — высота, ночь, резкая смена климата с тёплого палаточного на прохладный уличный, а так же смена положения с горизонтального на вертикальное, и да, темнота. В темноте у меня сбивается глазомер. Так что ничего странного в том, что меня шатало на улице. Я положила фотик объективом вверх на камень, и с разными выдержками попробовала заснять небо, стараясь при этом сильно не качаться. Но нет. Звёзды техника брать отказалась наотрез, даже на пятнадцати секундной выдержке. Пришлось возвращаться назад с чёрными прямоугольниками вместо звёзд. А ещё обгоревшие участки под коленками заныли. Да, если в поездке можно чего-то подхватить. Я обязательно это подхвачу, причём в самом начале. Вот при подъёме, например, я плохо смазала под коленями кремом от солнца, в итоге два ожога, об которые трётся сетка спортивных штанов. Место ожога я смазала пантенолом, но его эффект проявляется не сразу. Промучившись некоторое время, я просто избавилась от штанов, благо ночь тёплая, а спальник личный.
Утром из палатки я выбиралась долго – мазала выданным Наташей пантенолом, а потом, стараясь не беспокоить колени, собиралась спальник и другие вещи. Так что к самому завтраку я вышла почти последней. Пришлось довольствоваться скудным выбором пакетиков с супами. Борщ, конечно, не плохо, но не с утра, когда он сначала слишком горячий, а потом слишком холодный. Хорошо к нему полагалась пара сухарей для сытости. Собралась я быстро, укомплектовав вещи, как вчера было решено консилиумом Наташа-Антон-Саша. В ожидании пока сожгут мусор и соберутся остальные, пристроилась на валуне, где ожог не так сильно беспокоился.
Но вот мы пошли. По пути мне стало жарко, так, что пришлось снять куртку, потом я поняла причину одышки – организм дышал неправильно. Надо было его выправить любым способом, чтобы дышать равномерно. Юра посоветовал дышать на счёт «раз шаг-два шаг, вдох». Но всё равно, пока организм не примет новый ритм, дыхалка не перестроится.
За камнями начинался снежник. Саша и Виталик умотали далеко наверх и вперёд к живой сыпухе и где-то там засели. Большая часть группы надела кошки и пошла наверх по снежнику. Я до последнего шла по камням. Потом аккуратно пересекла снежник, где соединилась с группой. Мы перешли на край осыпи, где надели кошки. От акклиматизации мне потребовалось некоторое время, чтобы подобрать размеры «туфельки» к «золушке», даже обратилась за этим к Юре. Но вот мы собрались. Группа сменила палки на ледорубы и надела каски. Я свою надела ещё в лагере, не вызывали у меня эти камушки доверия, особенно с рюкзаком за спиной.
Мы дошли до каменного островка в снежнике, где бросили рюкзаки, чтобы провести занятие, а именно зарубание. Как надо зарубаться, мы изучали ещё зимой в коломенском. Да и ледоруб в положение «на изготовку» ложился на автомате. Но потренироваться стоило. Тем более, что после слов Юре о том, что мы с Дашей с огромной долей вероятности слетим вниз, у меня появилась мини-фобия снежника.
Сначала я поснимала, как показывает прием Юра, потом сняла Наташу и Виталика. А после этого принялась повторять и закреплять зарубание. В самом нём ничего страшного не было, но вот намокшие штаны и снег под футболкой на леднике были совсем не приятны. Совсем-совсем. Но переодеться не дали. Собрались и пошли наверх.
Пока я медленно шла по склону наверх в лоб на три такта, имея постоянно две опоры, всё было ничего. Но сил отнимало много, зато я была уверена, что не слечу. Но потом мне сверху сказали идти траверсом и по следам. Тогда мне стало немного страшно. Идти правым плечом к склону было нормально, тем более что Антон и Юра сказали как чистить кошки от снега. Но когда Даша сорвалась и немного проехалась вниз, паника начала нарастать. Особенно пункт – держись подальше от людей, так и тебе и им безопаснее будет. А потом обида на родителей: «Не покупай кошки, у нас есть отличные, таких сейчас не делают. Потом они тебе там не понадобятся, двойка же» — «Папа, там ледник будет, как я по нему пойду? Хочешь, чтобы я сорвалась и не вернулась??» — «Ещё раз для тупых, в двойке не нужны кошки, твоя Дигория вся потаяла». Не нужны как же… На повороте траверса меня слегка качнуло назад, я удержалась, но перепугалась сильно. Сделала несколько шагов, занесла ногу и полетела вниз. Попыталась зарубиться, ледоруб чуть не вырвало из рук, опустила случайно ноги на снег, на всей скорости затормозила зубьями кошек, перекувырнулась и вновь полетела вниз. В голове крутилась мысль – зарубиться. Воткнула, наконец, ледоруб в снег, он вошёл и зацепился. Я слегка съехала вниз, так что касалась ледоруба кончиками пальцев. И замерла, отдыхая. На несколько секунд, надо было подать знак те, кто наверху, что я жива. Подняла руку и помахала. Тут же услышала голос медика «Юль, ты как?» Попыталась оценить своё самочувствие – немного болят ноги, но не сильно, значит, подвернула или растянула. Ещё хочется полежать здесь подольше и обида, что придётся повторно подниматься наверх, сначала путь, что пролетела, потом путь, что остался до вершины. «Нормально, сейчас отдохну немного и пойду наверх!» И я её даже прокричала. Всю фразу, а не одно слово.
Скатилась я прямо до линии старта. Точнее до места, откуда мы в последний раз вышли. Второй раз я пошла по следам Антона. Два раза пересекла след своего падения со склона. На третий раз не выдержала – я как раз приблизилась к месту, откуда начала падение. Ещё следы на полметра оказались затёрты, рюкзак опять качнул слегка назад, и предстояло повернуться к склону левым боком. Я не выдержала и закричала, что дальше идти не могу… одна. Тут же ко мне спустился Юра. Он шёл по склону как по обычной дороге, ну может по небольшой горке. Подошёл ко мне взял рюкзак, заметив, что да, назад отклоняет, а потом повёл наверх. В паре идти оказалось спокойнее. И уверенности в своих силах прибавилось. Хотя пара шла в паре шагов впереди. Мы добрались до сыпухи, где Юра оставил свой рюкзак. Там он аккуратно передал мне мой, и надел свой. Я бы с радостью переместилась бы на сыпуху и пошла бы по ней, но следы вели по снежнику прямо наверх, почти по отвесной стенке… такой она казалась снизу. Пришлось идти по следам. Позади шёл Юра, это придавало уверенности в том, что доберусь я целой и с первой попытки.
Уже в метрах пяти от конца, к краю перевала подошли Саша и Рита и поинтересовались моим самочувствием. Ответила, что чувствую себя хорошо – боль и страх отступили, одежда высохла. Юра же пожаловался на жизнь, а потом бодренько в лоб забрался на перевал. Я же прошла обходным путём, мысленно возмущаясь слишком высоким ступенькам.
Наверху народ уже устроился отдыхать. Нашли и выпотрошили тур. Я для этого достала им ручку и карандаш на выбор. Процесс составления перевальной записки я записала на камеру, а заодно ещё и отдохнула. Потом сняла кошки – под ногами к этому времени образовалась крупная лужица, вынудившая меня сменить место обитания и перебраться ближе к Саше. Снаряженец поинтересовался моим состоянием и рассказал как сам летал со снежника вниз. Наташа добавила, что она чуть за мной не прыгнула, когда я покатилась. «Вот этого делать точно не надо. Хватит одного пострадавшего», — возразила я.
Перевальной шоколадки не оказалось, вместо них медик выдала перевальные витаминки. Я едва успела упаковать кошки, как Юра объявил подъём и продолжение пути. Правда, без кошек и по сыпухе плотной группой. Пока всех ждали сбоку прыжками вниз слетели пара камней. А один, прыгая как мышь проскакал, по пологой части снежника и запрыгнул на снежный постаментик, где замер.
Мы построились, встали как можно плотнее. Я стояла за Дашей, за мной Саша. Замыкал Антон. Аккуратно мы начали спуск по живой мелкой сыпухе. Камне ехали под ногами, ботинки частично уходили вниз. Мы использовали ледоруб как опору. Саша сказал мне сильнее втыкать его в камни, я воспользовалась советом. Так мы ехали по сыпухе, несколько раз переходя на новую «дорожку», когда камни, ехавшие за нами становились слишком большими, предупреждали о съезде крупных камней. А потом резко перешли на снежник. Он весь был одного цвета, только в некоторых местах немного более светлый. Я испугалась, что это трещины, вспоминая отцовский поход 2010 года. Но руководитель назвал это просто свежим снегом.
По снежнику мы пошли на пятках. После сыпухи, идти вниз на пятках по слежавшемуся снегу было труднее – пятки едва входили в снег, хотя и держались. Несколько раз мне и Даше пришлось зарубаться. Остальные вроде бы не падали. Или до зарубания просто дело не доходило.
Когда я последней добралась до очередного привала и бросила рюкзак, Юра объявил подъём и путь до обеда – если мы отправлялись сейчас, то вполне успевали пообедать около трёх часов. Я возмутилась – обида на полёт со снежника, обида на короткие отдыхи для отстающих, страх перед снегом начали подступать. Саша предложил мне там посидеть. Одной. Ещё раз – отдохнуть ОДНОЙ. Это обидело ещё больше, так что я ему ответила: «Оставите одну, буду сидеть на одном месте и плакать, пока не придёте». «Хотелось бы на это посмотреть, интересно, сколько ты просидишь», — как-то слишком оптимистично ответил снаряженец, надевая на меня рюкзак.
Дальше – продолжение спуска по снежнику. Я спускалась как-то рядом с Юрой, который переходил между мной, Дашей и Наташей. Остальные убежали вперёд. Виталик так вообще скатился, напомнив мне папиного приятеля Сергея, который по снежнику с трещинами съезжал на пенке.
Постепенно я приноровилась спускаться правильно. Или почти правильно. И вот впереди показался кусок снега, под которым журчала вода, мы обошли его по камням. Снова вышли на снежник, немного прошли и выбрались на место привала. Виталик попросил у меня автоклав. Я выдала ему и села на солнышке сушиться, заодно периодически наблюдая за Дашей – нужна ей при сходе помощь или нет. Финансист бодро спустилась и дошла до камней, где ей пришлось снимать кошки.
Пока готовился чай, мы постарались высушить вещи и залатать травмы-потёртости. Я по этому поводу выпросила у Виталика его классный пластырь, который хорошо держится на коже. Заклеила им я наметившиеся мозоли на ногах. В городе на такое я обычно не обращаю внимания, но тут горы и длинные переходы. Даша заметила, что её ботинки, купленные в дисконт-спортмастере от фирмы адвенче, начали разваливаться. Пока только начали….
За обедом Юра отдал свой кусок колбасы Саше. А потом обнаружили, что кусочков рахат-лукума только восемь, и Саша отказался от своего. И Даша от своего. В итоге лишний был отдан Юре вместо колбасы. Вот они, первые дни похода, когда есть сильно не хочется.
Саша проведал дальнейший путь – теперь впереди нас ждала сыпуха из крупных и мелких камней.
Когда мы по ней пошли, мои ноги заныли. Наташа дала мне обезболивающее, пока его доставали, от нас ускакал пластырь. А на стоянке до этого я в процессе шатания в прямом смысле этого слова, чуть не потеряла нож – смогла найти его пройдя по маршруту.
По камням я шла увереннее. Вскоре начался дождь. Мы с Наташей остановились. Она надела на мой рюкзак накидку. Пока я извлекала оную из её рюкзака, подошёл Виталик. И надевание накидки на рюкзак переложили на него. А я отправилась дальше. Мелкий дождик мы пережидали среди больших валунов. Немного подождали и отправились дальше. Шли мы вниз, иногда попадая в местные овражки. В какой-то момент Антон с Ритой убежали совсем вперёд. Юра дождался нас и показал как лучше идти. Мы с Виталиком, Надей и немного отстающей Наташей пошли по ней. Наташа поведала о камне, который она перед этим попыталась остановить, но потом решила, что безопаснее отпрыгнуть в сторону, тем более, что валун больше неё по размеру.
Почти в самом конце пути нас встретил небольшой участок сыпухе, по которому мы спустились придерживаясь интервала. Наташа осталась на его границе – отдохнуть и дождаться отстающих Дашу и Сашу, чтобы показать им место спуска.
На поляне с колокольчиками сделали привал. Юра попросил включить рацию и убежал к Антону с Ритой, гуляющих где-то за гребнями, чтобы найти стоянку. Пока он бегал, пришли Наташа, а следом Саша и Даша. Последняя чуть ли не кричала, что снаряженец её спас, из-под камней вытащил, куда она чуть не улетела. Сашка же о своих подвигах скромно молчал.
С другой стороны приполз туман, посмотрел на нас и ушёл обратно. Вместо него прибыли Антон, Юра и Рита. Мы взяли рюкзаки, поднялись на пригорок и снова бросили рюкзаки. Теперь уже для того, чтобы встать на ночёвку. До ручья Геологов мы так и не дошли.
Пока светило солнышко, установили палатки, разложили вещи. Часть людей ушла в отключку. Саша, новый дежурный, исчез вместе с каном и автоклавом. Когда мы поняли, что он собрался тащить воду и в кане, и в клаве, и одновременно, было поздно – снаряженец уже добрался до озера. Наташка побежала ему на помощь.
Сначала вернулся Саша с автоклавом в руках, и был назван мною маньяком – ну как можно по-тихому убегать за водой, зная, что два сразу не дотащишь? Потом вернулась Наташа с каном. Они поставили их на горелки кипятиться. В это время пришёл туман. Все, кроме дежурных попрятались в палатки вместе с вещами. Начался небольшой дождик. Я сидела в палатке, писала заметку о прошедшем перевале и слушала стук по тенту.
Дежурные в это время то воевали с горелками, то занялись натягиванием тента на палки. К последнему я как раз вышла, устав сидеть в душной палатке, и написав первые два куплета «А я нашёл дубину…» Вышла я как раз во время, чтобы поднял падающий край тента. Тент растянули, палки всё равно как-то пьяно качались из стороны в сторону.
Вода никак не закипала. Саша потянулся, чтобы снять канн и проверить, что с горелкой. Я не успела крикнуть, что не надо так делать. Парень взялся за ручку и обжёгся. Белая полоса прошлась по всем пальцам. Наташка тут же бросилась за пантенолом и выдавила на руку его с горкой. «Огнетушитель?» — поинтересовался снаряженец. Наташка пожала плечами.
После этого мы с Наташей Сашу от работы отстранили, я ему по этому поводу вручила листок с куплетами. Парень песней проникся. В виду наличия пены на руке. Наташа принесла замену прихватки. Мы сняли кан с горелки. Это было странно – она вроде бы горела, но вода не кипела. Да, мы помним про высоту, 3090, но всё равно слишком долго закипала.
Вылезший из палатки Виталик попросил у Наташи градусник – его бил озноб. Даша, не вылезая из палатки, так же пожаловалась на оный. Юра же молчал. Наташа выдала требуемое. В итоге оказалось, что у Виталика температура выше 38, у Даши нормальная. Виталику выдали серию таблеток и отправили в палатку, благо горелки уже заработали и вода начала закипать. Сашка объявил нашу палатку на карантине. На моё возмущение добавил, что я вовремя успела оттуда уйти.
Поделили поломанное печенье из пачки надписью «сухари». Засыпали чечевицу с пеммиканом. Потом началась борьба. Я и ещё несколько человек хотели без бульона, остальные с бульоном. Так что куда могла я перелила, остальное вылила. Но любителям бульона показалось его мало – почти полные тарелки и пара кружек. Разложили еду по мискам, по кружкам чай. Саше медик разрешила растереть пену, а остатки сняли салфеткой.
Девчонки из дальней палатки не вылезали или вылезли один раз – остальное принёс Антон. Наша же палатка ужинала вместе с дежурными. А потом мы уползли спать. Да, я отправилась в карантинную палатку…
Дежурные вернулись с озера с чистой посудой, и я затребовала у них свой нож, без которого не могла спокойно заснуть. Высунула руку из палатки, в неё аккуратно вложили ручку ножа. После они некоторое время возились на кухне, сделанной возле нашей палатки и удалились к себе.

Фотографии


















Leave a Reply