Киргизский хребет. Поход 3 к.с. — Проверка прочности


Волшебное топливо
Утро началось с позитива.
Нет, не совсем так. Это сейчас смешно, а тогда было не очень. Первыми из палатки выползли дежурные. Когда каша уже почти приготовилась, поднялись остальные. Я первым делом взялась за упаковку вещей для дальнейшей укладки в рюкзак. Рита и Антон к этому времени уже покинули палатку.

Вот я упихиваю спальник в компрессор и слышу возмущённый вопль инструктора. Что-то вроде «Сами таким топливом заправляйтесь». В чём дело я поняла позже, когда забрала свою порцию. Каша оказалась с запахом и привкусом бензина. Того самого, что мы в примус заливаем. Новая добавка такая, в стиле 80х, как позже просветила мама. Как оказалось, ребята на ночь спрятали еду и горелки в одну сумку, чтобы легче доставать и дождь не намочил. В итоге ночью одна из баночек протекла, залив сумку. Пострадали кофе, ершик, половник и дно. Каша и сухофрукты лежали выше и, по словам Наташи, только пропитались запахом. В итоге завтрак мы не доели. Кому-то хватило ложки, кому-то половины миски. Остальное пошло в качестве подношения горам.

Пока мы собирались, эколог Никита решил ликвидировать мусор. Но «завод» по его переработке неожиданно загорелся, и часть склона запылала. Инструктор бросился ему на помощь. Из огня вытащили упавший баллон от примуса и затоптали горящую траву.

Остаток сборов прошёл спокойно. Мы вернулись на другую сторону и сыпухи и начали серпантинный подъём наверх. Сначала по траве, а после по сыпухе. Там инструктор построил нас плотно друг за другом, чтобы мы не сбрасывали на товарищей камни. Первым шёл штурман, за ним летописец, как один из самых слабых участников, после финансист, за ним я, тоже как слабый. За мной Вит разрешил идти людям в любой последовательности, назначив замыкающего.

Для меня подъём оказался легче, чем предполагалось. Антону приходилось равняться на Аню, чтобы она сильно не отставала, и скорость движения была не такой высокой. Дышалось поначалу тяжело, но потом организм смирился с участью.

На одном из привалов, которые мы устраивали прямо на камнях, Наташа подлечила мне глаз. Надо было ей, конечно, раньше сказать, ещё когда что-то стало мешаться. Зато в пути я успела навоображать как камешек царапает роговицу и я слепну, потому что все лекарства предусмотреть нельзя, приходится меня отправлять к людям, и маршрут я не преодолеваю. Это осталось только фантазией — лекарство быстро вылечило глаз.
Во время подъёма дождь лил совсем мало, несколько раз нас настигал туман, обгонял и поднимался наверх. Когда я поднимала голову и смотрела, что ждёт дальше, видела острые углы и пики, возвышающиеся над нами. Казалось, они состоят из тонких каменных пластин. По бокам от нашей сыпухи находилась другая, меньше и подвижная. По ней можно скатится вниз вместе с частью склона.

Постепенно камни стали мельче, мы пошли осторожнее, предупреждали друг друга куда не наступать. У меня почему-то предупреждение всегда звучало как «Ай, камень». Вита это прикололо, он начал комментировать, а остальные подхватили: ай-камень, ай-валун, ай-телевизор и так далее. По аналогии с айфон, айпад.

Около четырёх мы выбрались на относительно пологую площадку, да и сам склон стал здесь положе. Решили устроить привал. Штурман проверил несколько раз карты и gps. Последнее указывало — высота больше 3700, но ни перевала, ни подхода к нему мы не увидели. «Он там», — показал Антон куда-то в туманную даль.

Медик тем временем раздавала таблетки и витаминки, интересуясь кто что хочет. «Не знаю», — ответила я. — «Что-нибудь при остеохондрозе». «Во-первых, с таким диагнозом тяжёлая физическая нагрузка запрещена. Спать на земле и твёрдой поверхности нельзя. Высоко забираться нельзя. Тяжести таскать нельзя. Что ты вообще здесь делаешь?» — весело спросила девушка, вручая мне загадочные витаминки из коробочки. Наташа специально перед походом приобрела несколько коробочек с отделениями для хранения лекарств. Коробочки поделили по палаткам, чтобы в каждой было всё для первой помощи, и ещё одна запасная.

Отдохнули и пошли дальше. Склон стал положе, туман расступился и впереди возникли скалы. Не простые. При соприкосновении с рукой они разваливались и крошились. Мы продолжали идти друг за дружкой, предупреждая друг друга «здесь шатается, там не хватайся, это выползает».

Ближе к шести часам мы подошли к большим скалам, остался всего один подъём, и перевал. Штурман подвёл нас у стен, где предположительно, меньше всего сыпалось.

Правее лежала живая сыпуха. Мы шли плотной группой, стараясь поменьше опираться. Получалось не всегда. Я дотронулась до одного камня, и он поехал. Прежде чем я это осознала, он скатился так, что вернуть назад моими силами не возможно. Будто издали я услышала, как Рита позади меня кричит » Камень!» Оглянулась назад, двое отскочили на сыпуху, двое остались за скалой, а завхоз не тронулась с места. Сердце замерло. «У нас пострад», — мелькнула в голосе мысль, когда камень и Света столкнулись. Девушка согнулась, проехала немного, отдохнула, встала и вернулась на место. Все живы и целы, продолжаем маршрут.
Камни под ногами мокрые, возле скал течёт ручей. Кое-где ступени высокие. На одни можно залезать так, в других местах приходится подтягиваться. Перчатки все мокрые, пальцы привыкли и не так холодно. Штаны тоже промокли, ветер не успевает их сушить. Сзади идёт туман, впереди уже видны островки снега. Нам надо на другую сторону от скал, но переходить боязно.
Около семи встаём на привал. Площадка совсем маленькая, хватает на то, чтобы устроиться в ряд под стеной возле рюкзака. Уставшие и голодные перекусываем карманным питанием. Туман мягко касается лица и убегает наверх, осыпав небольшим дождём. Мысли вертятся только об одном — в Ала-Арче сойти с маршрута. Воображение рисует походы по Бишкеку и отдых в гостинице.
На привале завхоз осмотрела себя. Синяки на руке и ноге, совсем неплохо при встрече с таким камнем. Девушка пьёт лекарство и мажет больные места, чтобы идти дальше наравне с остальными.


Отдохнули, поднимаемся дальше. Пересекаем сыпуху и прижимаемся к валунам справа. Теперь камни перемежаются со снегом. Петляем, стараясь близко к камням не подходить, снег в тех местах глубокий и рыхлый. Антон радостно показывает — там седловина. Ещё немного, и мы на месте. Высота по gps больше 4000 метров (кто знает на сколько он врёт…). Бросаем рюкзаки, кто-то в изнеможении опускается на них, другие бегут снимать пейзажи и искать записку. У меня нет и сил и нет эмоций. Хочется в спальник и не кантовать.

На перевале камни и снег. Спуск нам предстоит полностью снежный. Солнце уже готовится зайти за горы. Тур так и не нашли. Рита написала записку для нового тура, который ребята сложили. Полностью записку я приводить не буду, замечу только, что в графе состояние группы она прописала «немного бодрое». Немного оптимистично.

Съедаем шоколад, отдыхаем и снова в путь. Надо успеть спуститься, пока не стемнело окончательно. Спускаемся параллельно друг другу или следом, кто как хочет. Спуск по снегу. Мне немного страшно, но страх притуплен. Идём по гамаши в снегу. Становится всё темнее, зажигаем фонарики. Штурман бросает рюкзак и начинает бегать в поисках мечта для стоянки. Ему помогают инструктор и завхоз. Остальные ждут. Перебрасываюсь парой фраз с финансистом. У него тоже появились мысли о сходе с маршрута. Решаем подождать, что дальше будет.

Инструктор нашёл приличное место для ночлега. Идём к нему. Я прибываю первой. Не вопрос о самочувствии отвечаю «устала, хочу в спальник и не двигаться». Бросаю рюкзак, сажусь сверху и выпадаю из этого мира. В голове шумит, она кружится, во всём теле слабость. Окружающая действительность воспринимается как нечто по ту сторону экрана. На вопросы отвечаю автоматически. Меня освобождают от работы и разрешают пойти в палатку, как только её устанавливают. Отдаю автоклав ребятам, занявшимся ужином, и ныряю в темноту переносного домика.

В палатке я вытряхнула из рюкзака самые необходимые мешки. Разложила спальник, переоделась и, наконец, легла. Это было самое потрясающее чувство за последнее время. Очнулась я спустя час или больше. Ребята уже поужинали, и готовились идти спать. В суматохе мне забыли оставить порцию. Да и не хотелось. Желудок тоже хотел спать. В итоге мне и соседям по палатке досталось от медика. Злая Наташа наорала на меня, что не ела, на соседей, что не следят за мной. Потом вручила сладкий презент от соседней палатки и холодную пересолённую воду с регидроном. Воды я выпила около половины бутылки, сладкое медленно прососала, будучи не в силах его прожевать. Ещё через небольшой промежуток времени медик вернулась во второй раз. Уже вместе с бутылкой крепкого холодного чая, и держала, пока я не выпила больше литра. Меня затошнило, настолько крепким он был. После мне разрешили залезть обратно в спальник, а моим соседям лечь спать.

Авторы фото Ю. Иванова, В. Лапотников, Н. Самарцева

Первая часть | Вторая часть | Третья часть | Четвёртая часть | Пятая часть | Шестая часть | Седьмая часть | Восьмая часть | Девятая часть | Десятая часть | Одиннадцатая часть | Двенадцатая часть | Тринадцатая часть | Четырнадцатая часть | Пятнадцатая часть | Шестнадцатая часть

Leave a Reply